Надежда Ламанова — лицо русской моды XIX–XX веков

В московском музейно-выставочном центре «Музей моды» проходит выставка, посвященная театральным работам Надежды Ламановой, «Модельер, которому верил Станиславский». Название говорит само за себя — доверия великого режиссера мог удостоиться далеко не каждый из современников и коллег.

Надежда Петровна Ламанова — человек удивительной судьбы. Как сказали бы сейчас, сделавший себя сам. Родилась в 1861 году в Нижегородской губернии, в обедневшей дворянской семье. Окончив восьмилетнюю гимназию и московскую школу кройки и шитья, работала закройщицей в известном модном ателье мадам Войткевич. К 24 годам Надежда Ламанова уже была хозяйкой ателье на Большой Дмитровке, которое вскоре стало именоваться Домом моды. В 1898 году ей пожаловано звание «Поставщик двора Ея Императорского Высочества Елизаветы Федоровны», а в 1904 году — «Поставщик двора Ея Императорского Величества Александры Фёдоровны».

Заполучить платье от Ламановой считалось большой удачей. В мастерскую к ней записывались заранее, просили влиятельных особ замолвить словечко. Кому-то могло и не повезти — бывали случаи, когда Надежда Петровна отказывалась от заказа. Не умевшая рисовать и шить, но обладавшая удивительным чутьем и знанием строения человеческой фигуры, Надежда Ламанова умела виртуозно скрывать ее недостатки. Она в совершенстве владела искусством драпировки и добивалась потрясающих силуэтов, работая в технике наколки — то есть, создавала модель непосредственно на человеке, накалывая ткани булавками. Говорят, что примерки в ее мастерской могли длится по несколько часов и были настоящим кошмаром. Но результат того стоил.

В 1901 году по приглашению Константина Сергеевича Станиславского Надежда Ламанова приняла участие в создании костюмов для Московского художественного театра. Именно она — автор знаменитого платья Ольги Книппер-Чеховой, сыгравшей Раневскую в спектакле «Вишневый сад». Под руководством Ламановой выполнены костюмы к спектаклям «Женитьба Фигаро», «Отелло», «У жизни в лапах», «Враги», «Тартюф», «Школа злословия», «В мечтах», «Анна Каренина».

«В мечтах», 1911. Вера Кирилловна — Мария Андреева.

Фотография предоставлена организаторами выставки.

«Анна Каренина», 1937. Анна Каренина — Алла Тарасова.

Фотография предоставлена организаторами выставки.

Октябрьскую революцию 56-летняя Надежда Ламанова приняла — несмотря на все лишения, и даже тюремное заключение (она попала в Бутырскую тюрьму из-за дворянского происхождения, арестован был и ее муж), осталась жить в молодой Советской республике. Знаменитый модельер стояла у истоков отрасли легкой промышленности в России. При ее непосредственном участии были организованы Мастерская современного костюма и первые швейные учебные заведения. Она разрабатывала модели одежды, которые можно было легко сшить из подручных материалов, издавала журнал. В 1925 году Надежда Ламанова получила гран-при на Всемирной выставке в Париже — за коллекцию платьев в русском стиле.

Платья Надежды Ламановой сохранились во многих частных собраниях и музеях — коллекция придворных платьев находится в Эрмитаже, есть костюмы и в фондах музея Бахрушина. Их легко узнать по фирменной подписи мастера на шелковой ленточке, вшитой в каждую вещь.

«Реклама», 1930. Рокси Харт — Ольга Андровская. 

Фотография предоставлена организаторами выставки.

«В мечтах» (1911). М-ль Широкова — Ольга Книпер.

Фотография предоставлена организаторами выставки.

По словам директора Музея моды Игоря Корнилова, изначально идея выставки была — максимально полно охватить творчество модельера: «Мы предполагали нечто большое, широкое, отражающее все сферы деятельности Надежды Петровны. Но поняли, что на нашей площади это невозможно, для Ламановой нужно намного больше пространства. После того, как мы увидели в фондохранилище музея МХАТ замечательную коллекцию костюмов, созданную Ламановой, поняли, что этот бриллиант из ее диадемы нужно показывать отдельно. Потому что в противном случае все смешалось бы, и это был бы просто один из штрихов. А ведь театральные костюмы — очень важная страница в ее жизни, она ею гордилась».

«Мольер» («Кабала святош»), 1930. Мадлена — Лидия Коренева.

Фотография предоставлена организаторами выставки.

«Мольер» («Кабала святош»), 1930. Арманда — Ангелина Степанова.

Фотография предоставлена организаторами выставки.

В залах, кроме самих костюмов, каждый из которых может рассказать собственную историю, мониторы — на них транслируются фрагменты спектаклей, в которых играют легендарные артисты, одетые в костюмы созданные Ламановой. «Она учитывала характер, стиль движения того или иного актера. И надо сказать, что Станиславский разрешал актерам заказывать у Ламановой вещи не только театральные, но и репрезентативного характера, — рассказывает Игорь Петрович. — Та же Книппер-Чехова с гордостью писала, какое замечательное платье ей сшила Ламанова, какое там декольте, как на ней струится ткань и так далее…»

Некоторые фрагменты этой переписки и рабочие документы, рассказывающие о таинственной «кухне» работы театрального модельера также представлены в экспозиции.

Выставка театральных работ Надежды Ламановой стала отправной точкой для новых проектов музея. Один из них — работа по установке мемориальной доски «модельеру, которому верил Станиславский».

«Мода — это составная часть художественной жизни, культуры страны, она не может рассматриваться вне этого контекста. Так что могу с уверенностью сказать, что имя Надежды Петровны занимает значимое место в истории российской культуры конца XIX — начала XX века», — подчеркивает директор Музея моды Игорь Корнилов.

Выставка «Модельер, которому верил Станиславский» продлится до 21 августа (Музейно-выставочный центр «Музей моды»: Москва, ул. Ильинка, 4. Гостиный двор, первый подъезд).

Фотографии предоставлены организаторами выставки.